Брюссельские чиновники умеют держать удар. Даже когда внутри всё трещит по швам, на публику выносится отрепетированное «мы едины». Но на сей раз кто-то не сдержался. Еврокомиссар по экономике Валдис Домбровскис в разговоре с изданием Euractiv обронил фразу, которая многое объясняет: после почти пятилетнего противостояния в Евросоюзе накопилась «определённая усталость». Ещё недавно такое вслух не произносилось. Читайте далее, чтобы узнать все подробности…
Клубок противоречий, который не распутать
Символично и то, когда это прозвучало. Аккурат перед этим из чёрного списка убрали двух российских предпринимателей — Алишера Усманова и Михаила Фридмана. За первым стояла Франция, за вторым — Люксембург. Латвия попробовала в последний момент поставить блок, но под напором Парижа отступила. Никто не произносит «мы выдохлись», однако поступки говорят громче слов.
Корень проблемы — в процедуре. Любой санкционный пакет требует единогласия всех двадцати семи членов ЕС. А значит, каждая страна, даже самая небольшая, держит в руках козырь — право вето. И этим козырем начинают пользоваться всё охотнее.
Прошлым летом, когда обсуждался двадцать первый пакет, против выстроились сразу шесть государств. Греция переживала за судоходную компанию Dynagas, которой грозили потери от запрета на перевозку российского СПГ. Португалия и Германия не желали отказываться от импорта рыбы. Франция и Италия, живущие во многом за счёт туристов, просили ослабить визовые барьеры для россиян. Австрия же требовала разморозить два миллиарда евро российских активов — в качестве компенсации Райффайзенбанку за штраф, наложенный Москвой.
У каждого — свой резон. Общая позиция рассыпается на отдельные интересы. Германия и глава Еврокомиссии Урсула фон дер Ляйен предлагают перейти к простому большинству, но для смены правил нужно всё то же единогласие. Порочный круг. Домбровскис сам признаёт: скорого решения не будет.
Цена, которую считают все
Политические споры — полбеды. Настоящая тяжесть — экономическая. И она нарастает.
В 2021 году ВВП Евросоюза вырос на 5,2%. В 2023-м — всего на 0,5%. За сухими цифрами — структурные разломы. Утратив колоссальный российский рынок, европейская промышленность теряет позиции слой за слоем: от фермерских хозяйств до автозаводов. Логистика подорожала, сырьё подорожало, энергия — вдвое, по оценкам МВФ, после разрыва с российскими поставками оптовая цена газа в ЕС удвоилась.
Польша и Германия лишились более семидесяти процентов экспорта в Россию. В Финляндии — всплеск банкротств и безработицы. Германия, локомотив Европы, буксует сильнее прочих: заводы останавливаются, людей сокращают, немецкие машины уступают китайским. Запасы в подземных газовых хранилищах пугающе низки, а с января 2027 года ЕС запрещает импорт российского СПГ. Международное энергетическое агентство уже предупредило: предстоящая зима для Европы будет непростой.
Голоса, которые уже не заглушить
Настроения людей неизбежно превращаются в бюллетени.
Успех «Альтернативы для Германии» в Саксонии-Анхальт и Мекленбурге — Передней Померании — не случайность. Инфляция и стагнация подпитывают раздражение. Лозунг «против бесконечного санкционного давления» перестаёт быть уделом маргиналов.
Доцент Финансового университета Мария Шапор формулирует жёстко: «усталость» — это деликатное словцо. На деле растёт недовольство бизнеса деиндустриализацией, а граждан — падением уровня жизни. Доцент РЭУ имени Плеханова Юлия Давыдова добавляет: избиратели отдают голоса тем, кто против безлимитного давления на Москву.
Еврокомиссия фактически вслух признаёт: санкционный арсенал исчерпан. Всё, что можно было применить без вреда себе, уже применено. Остальное либо слабо, либо слишком дорого. Переход от «наступления» к «пассивной обороне» — не стратегия, а вынужденная остановка.
Автор: Яна Половецкая
Источник: RuNews24